Сафронов на суде попросил ноутбук и три часа, чтобы доказать невиновность Политика 
По словам Сафронова, его адвокаты неоднократно просили объяснить, в соответствии с какой именно нормативной базой распространенные им сведения относятся к гостайне. Однако в ответ следователь заявил, что «адвокаты не имеют права на ознакомление с правовыми актами и документами, носящими секретный характер». «Я не в состоянии опровергать то, что я не нарушал законы, о существовании которых мне ничего не известно и которые мне не показывают», — говорит Сафронов.
Читайте на РБК Pro Что ждет рынок труда в апреле и в начале лета — прогнозы HeadHunter Без брака: как не обжечься на бизнесе с китайскими партнерами К чему приведет дефицит российского и украинского зерна — The Economist «Бомба тикает все громче». Покупать ли акции производителей удобрений
Экс-журналист отмечает, что следствие отказало ему в просьбе предоставить доступ в Сеть — это было необходимо Сафронову, чтобы «показать следователю открытые источники интернета, в которых содержалась вся использованная в моей работе информация». Кроме того, говорит он, следствие не стало включать в список свидетелей более 40 человек, которых указала сторона защиты. «Мне отказывают в праве защищаться. Мне отказывают в праве на защиту в принципе», — заявил он.
Сафронов попросит суд обеспечить ему возможность выхода в интернет, вызова в суд всех свидетелей стороны защиты, экспертов и специалистов, а также «дополнительного беспрепятственного изучения материалов уголовного дела».
«Год и девять месяцев меня понуждают сказать, что я виновен в государственной измене. Но я повторяю и буду повторять: я не виновен», — подчеркнул он.
Генпрокуратура направила в суд дело Сафронова Политика
Сафронов с 7 июля 2020 года находится в СИЗО, ему неоднократно продлевали арест (в последний раз — до 22 сентября). Максимальное наказание по статье о госизмене (ст. 275 УК) предусматривает 20 лет лишения свободы.
5 марта Генпрокуратура утвердила обвинительное заключение по уголовному делу Сафронова. Как утверждает ведомство, следствие установило «факты длительного, на протяжении 2015–2019 годов, выведывания и собирания Сафроновым секретной и совершенно секретной информации», в том числе о военно-техническом сотрудничестве России со странами ОДКБ, Ближнего Востока, Африки и Балканского полуострова. По данным прокуратуры, эти данные Сафронов передавал представителям иностранных разведок. В ведомстве заявили, что Сафронов делал это «на возмездной основе», а также «с использованием методов шифрования».
ФСБ, в свою очередь, заявляла, что в 2012 году, когда Сафронов работал в «Коммерсанте», его завербовала чешская разведка, которая получала от него секретные данные, а их конечным получателем были США.
В ноябре прошлого года защита сообщила, что в деле фигурирует политолог Демури Воронин, которого также подозревают в госизмене. Следствие утверждает, что в 2015 году Сафронов за $248 передал ему некие данные о деятельности Вооруженных сил России в Сирии, которые тот переслал в Цюрихский университет и Федеральную разведывательную службу Германии BND.
«Коммерсантъ» узнал о решении суда по ограничению для адвокатов Сафронова Общество
Сафронов отказался от сделки со следствием, он настаивает на своей невиновности и связывает уголовное преследование с журналистской деятельностью. Он неоднократно указывал, что сведения, в передаче которых его обвиняют, находятся в открытом доступе в интернете. Его адвокаты отмечали, что в материалах дела не указано, как и от кого Сафронов получил сведения, составляющие государственную тайну, и жаловались на действия следователя ФСБ, запретившего им делать выписки из материалов уголовного дела.
В «Роскосмосе», куда Сафронов пришел в мае 2020 года, подчеркивают, что он не имел доступа к гостайне и что дело не связано с работой в госкорпорации. Глава «Роскосмоса» Дмитрий Рогозин говорил, что Сафронов, будучи журналистом и освещая такие темы, как обороноспособность страны, «вел себя корректно», но допустил, что «часто его публикации раздражали некоторых чиновников». «В его планы точно не входило напакостить интересам России. Поэтому в первый же день после его ареста я сказал, что не сомневаюсь в личной порядочности и профессионализме Сафронова», — отмечает Рогозин.
В поддержку Сафронова выступили общественные деятели, политики и журналисты.
